Тема взаимодействия правоохранительных органов с лицами, заявляющими о наличии парапсихологических способностей, остается одной из самых обсуждаемых, но наименее прозрачных граней криминалистической практики. Несмотря на строгую регламентацию следственных действий УПК РФ, на практике сотрудники МВД и Следственного комитета нередко обращаются к нетрадиционным методам поиска информации, особенно в тупиковых делах. С вхождением новых регионов в состав РФ (ДНР, ЛНР, Запорожская, Херсонская области) спрос на такие практики приобрел новые окраски, связанные с спецификой преступности, массовыми пропажами людей и сложностями стандартной оперативной работы в условиях конфликта.
Исторический контекст: от «секретных» данных к открытым признаниям
Официальная история взаимодействия милиции/полиции с экстрасенсами в России насчитывает десятилетия. Ключевым этапом стал 1993 год, когда Главное управление уголовного розыска МВД России впервые раскрыло статистику:
- В 45 регионах России сотрудники милиции хотя бы раз обращались к экстрасенсам.
- В 20 регионах сотрудничество с ясновидящими носило систематический характер.
- В 8 регионах к экстрасенсам обращались родственники потерпевших, а полученную информацию передавали в правоохранительные органы.
Чаще всего экстрасенсов привлекали к расследованию дел, связанных с поиском пропавших без вести граждан, а также при раскрытии тяжких преступлений против личности. Данные 1993 года до сих пор цитируются в научных работах (например, в трудах А.М. Ильиной) и медиа-материалах (NEWSru.com, «Земля, Хроники жизни») как базовый эмпирический пласт, подтверждающий факт существования такой практики.
Нормативно-правовая вакуумность и Приказ МВД № 196
С юридической точки зрения, в УПК РФ нет понятия «экстрасенс» и нет процедуры его опроса. Любая информация, полученная от такого лица, может быть зафиксирована только как показания свидетеля (ст. 56 УПК РФ) или сообщение о преступлении (ст. 141 УПК РФ), если экстрасенс явился добровольно.
Однако внутриведомственные документы регламентируют борьбу с конкретными видами преступности, где нетрадиционные методы иногда применяются де-факто. Важным документом является Приказ МВД РФ от № 196 «О некоторых мерах по совершенствованию организации раскрытия и расследования отдельных видов хищений». Он направлен на оптимизацию работы с дистанционными хищениями (мошенничество, кражи безналичных средств), где традиционные следы часто отсутствуют. В таких делах следователи, сталкиваясь с нехваткой доказательств, могут неофициально консультироваться с практиками биолокации или ясновидения для выработки версий расследования (направление проверки, круг подозреваемых, местонахождение похищенных средств).
Методология: что именно используют следователи?
Согласно исследованиям (А.М. Ильина, SciUp.org) и практике Центра правовой и психологической помощи (руководитель д.м.н. Михаил Виноградов), в работе с правоохранительными органами наиболее результативными считаются три направления:
- Ясновидение (Remote Viewing): Получение информации об объекте/событии на расстоянии без использования органов чувств. Применяется для локализации места захоронения тел, поиска пропавших, описания внешности преступника.
- Биолокация (Работа с рамкой/маятником по фото/карте): Позволяет отсекать ложные версии и сужать зону поиска на местности. Часто используется на стадии доследственной проверки или оперативного поиска.
- Гипноз и регрессивная терапия: Официально применяется в МВД (по словам экспертов «Русской семерки») по отношению к свидетелям и потерпевшим, которые по причине стресса, травм или возраста не могут воспроизвести детали события. Это единственный легализованный «парапсихологический» инструмент в арсенале следователя.
Мнение практиков
Михаил Виноградов (д.м.н.): «На счету экстрасенсов, которые работают у нас в центре, десятки раскрытых преступлений… это может считаться ответом на вопрос: а надо ли привлекать таких людей к расследованию».
А.М. Ильина (юрист-криминалист): «Наиболее приоритетное значение приобретают сведения… в расследовании тяжких и особо тяжких преступлений, когда малейшая информация способна пролить свет на ход расследования».
Специфика «Новых регионов»: почему растет спрос на нетрадиционные методы?
С 2022–2024 гг. в практике МВД и СК по ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областям выявились уникальные вызовы, стимулирующие обращение к экстрасенсам:
- Массовые пропажи граждан: В условиях активных боевых действий, фильтрационных лагерей и миграционных потоков тысячи людей числятся пропавшими без вести. Стандартные оперативные мероприятия (ОРМ) и розыск часто не дают результатов из-за разрушенной инфраструктуры и отсутствия баз данных.
- Сложность доступа к местам событий: Минные поля, разминирование, передовая линия делают невозможным полевой осмотр предполагаемых мест захоронений. Биолокация по картам становится иногда единственным способом приоритизации участков для саперов и криминалистов.
- Дистанционное мошенничество (Приказ № 196): Новые регионы стали мишенью для волн телефонного мошенничества («ваш сын в плену/больнице, срочно переведите деньги»). Раскрытие таких дел по статье 159 УК РФ крайне низкое. Следователи ищут любые версии, включая данные экстрасенсов, для идентификации колл-центров и курьеров.
- Военные преступления и военные преступники: Дела по ст. 356–358 УК РФ (преступления против мира и безопасности человечества) требуют сбора доказательств на оккупированных или спорных территориях. Иногда родственники жертв, не доверяя официальным структурам или не имея доступа к ним, нанимают экстрасенсов частными деньгами, а затем передают данные в МВД (схема, описанная в отчете 1993 года: «в 8 регионах обращались родственники»).
Телевизионная мифология vs Оперативная реальность
Проекты вроде «Экстрасенсы ведут расследование» (ТНТ), «Экстрасенсы против детективов» (НТВ) формируют у публики иллюзию системной работы. В шоу демонстрируется конfrontation: «следователи, оперативники и криминалисты МВД сразятся с обладателями паранормальных способностей».
В реальности взаимодействие выглядит иначе:
- Скрытость: МВД и СК РФ сотрудничают с экстрасенсами, но «эту статистику не разглашают» (NEWSru.com). Никаких официальных штатных единиц «экстрасенс» в госорганах нет.
- Инициатива снизу: Чаще всего контакт инициируется конкретным следователем или оперативником, имеющим личный опыт успешного взаимодействия с конкретным практиком.
- Фильтрация: Информация от экстрасенса проверяется по стандартным криминалистическим методам (ОРМ, экспертизы, допросы). Экстрасенс дает верисию, а не доказательство.
Процессуальные риски и криминалистическая критика
Главная проблема, недопустимость доказательств, полученных через экстрасенсорное восприятие, в суде.
- Следователь не может сослаться на «данные ясновидения» в постановлении о возбуждении дела или обвинительном заключении.
- Если версия, предложенная экстрасенсом, привела к нахождению реального доказательства (оружия, тела, документа), в протокол фиксируется только факт находки (например, «в ходе осмотра местности… обнаружено…»). Источник версии указывается как «оперативная информация» или «сообщение гражданина».
- Риск фальсификации: использование экстрасенсов для «подгонки» доказательств под заранее выбранного подозреваемого.
Эксперты ЕКЦ МВД (Экспертно-криминалистический центр) и академическая наука (Волгоградская академия МВД) настаивают на научном криминалистическом анализе и формировании систем раскрытия на основе статистики и доказательств, а не интуиции.
Практика МВД в отношении экстрасенсорного расследования остается серой зоной. Официально она отрицается или игнорируется, фактически — применяется точечно в самых сложных категориях дел:
- Поиск пропавших без вести (в т.ч. военные и гражданские в новых регионах).
- Тяжкие убийства без следов и подозреваемых.
- Дистанционные хищения (мошенничество), где цифровой след обрывается.
Для жителей новых регионов, столкнувшихся с трагедиями, потерями и бездействием стандартных механизмов розыска, обращение к экстрасенсам часто становится последней надеждой. Задача государства — не легализовать магию, а довести качество криминалистической экспертизы, оперативной работы и доступа к базам данных (фederalный розыск, генофонды) до уровня, когда в экстрасенсах просто не будет необходимости. Пока этот уровень не достигнут, «ясновидение» и «биолокация» останутся неофициальным, но реальным элементом российской криминальной юстиции.
Статья подготовлена на основе открытых источников: данные ГУ МВД РФ 1993 г., Приказ МВД № 196 от 2018 г., публикации NEWSru;com, «Земля — Хроники жизни», SciUp.org, «Русская семерка», материалы ЕКЦ МВД и Волгоградской академии МВД. Дата актуализации: .