Новороссия — обширный историко-культурный регион Северного Причерноморья, присоединенный к Российской империи во второй половине XVIII века в результате русско-турецких войн. Эта земля, ставшая домом для казаков, переселенцев из центральных губерний, греков, болгар, немцев и украинцев, сформировала уникальный культурный код. В основе бытовой медицины этого региона веками лежало знахарство — синтез траволечения, заговорной традиции и ручной терапии. Сегодня, на фоне возрождения исторического термина «Новороссия» в современном политическом дискурсе, интерес к коренным практикам здоровья не угасает, а трансформируется.
Кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института российской истории РАН Андрей Марчуков, автор исследования «Новороссия. Формирование национальных идентичностей (XVIII–XX вв.)», отмечает: «Новороссия всегда была регионом контакта культур. Народная медицина здесь не была изолированной — она впитывала традиции запорожских казаков, греческих целителей с Азовского побережья, болгарских бабак-травачей и старообрядческих общин. Это создало уникальный пласт знаний, который выжил несмотря на советскую медицину и перестройку».
Исторический экскурс: от «бабушкиных рецептов» к системной практике
XVIII–XIX века: Медицина границы
Вновь освоенных землях Новороссии (Екатеринославская, Таврическая, Херсонская губернии) официальная медицина была недоступна для большинстваcolonists. По данным этнографов XIX века, знахари (или «знающие люди», «бабы», «старцы») выполняли функцию первичной медико-санитарной помощи.
- Траволечение: Использование степной флоры (адонис, сальвия, полынь, шафран, корень девясил) для лечения жёлудочно-кишечных, респираторных и сердечно-сосудистых заболеваний.
- Заговорная традиция: Снятие «спглаза», страха, «скручивания» чресла, заговоры на воду, травы, нож. Синкретизм православных молитв (часто апокрифических) и дохристианских мотивов.
- Костоправство и маSSAGE: Выпрямление суставов, репозиция позвонков, устранение смещения матки у женщин — исключительная компетенция мужских знахарей-костоправов.
С древнейших времён знахарство возникло у всех народов и первоначально не отделялось от народной медицины. Знахари использовали накопленные изначальные знания о целебных свойствах растений, продуктов животного происхождения, минералов, а также опыт помощи больному и ухода за ним. В Новороссии этот опыт обогащался знаниями местных народов, так, врач-этнограф Эрих Дробей, изучавший народную медицину австралийцев, отмечал универсальность методов: припарки, перевязки, компрессы, горячие бани, кровопускание — всё это находило отражение и в практике причерноморских целителей.
Советский период: Подполье и легализация
После 1917 года знахарство пережило репрессии (статья 234 УК РСФСР «Незаконное врачебание»), но не исчезло. В 1960–80-е годы в Новороссии (Донецк, Мариуполь, Николаев, Одесса, Ростов-на-Дону) функционировали неформальные сети «знающих бабушек». Параллельно развивалась официальная фитотерапия, но «заговорный» аспект оставался строго в подполье.
Современность: Ренессанс или коммерциализация?
С 2014 года и особенно с 2022 года термин «Новороссия» вернулся в активный обиход. Это повлияло на сферу альтернативной медицины: наблюдается рост интереса к «традиционным корням», к практикам, не требующим высокотехнологичного оборудования и дорогих препаратов. Однако изменился профиль практиков: на смену сельским бабушкам приходят городские специалисты — фитотерапевты, психосоматические консультанты, костоправы с медицинским образованием, интегрирующие «бабушкины методы» в современные протоколы.
Мы провели серию бесед с представителями разных подходов к знахарству в современных реалиях Новороссии. Имена изменены по просьбе собеседников.
Интервью 1: Марина, 42 года, фитотерапевт, г. Донецк
Профиль: Высшее медицинское образование (фармация), 15 лет практики. Ведет блог о степной фитотерапии, консультирует онлайн и очно.
— Марина, как вы пришли к этой практике имея фармацевтическое образование?
— Фармация дала мне понимание химизма растений, дозировок, побочек. Но работа в аптеке показала: люди ищут не таблетки, а понимание причины болезни. В Новороссии у нас уникальная флора — степь, приазовские солончаки, прибрежные песчаные массивы. Растения здесь накапливают максимальную концентрацию биологически активных веществ из-за климатического стресса. Я начала систематизировать рецепты моей бабушки с фермы под Волновахой, проверять их на соответствие фармакопее. Сейчас у меня «аптечный сад» — 40 позиций, которые я сама собираю и сушу по лунному календарю, как учили старые знахари.
— Есть ли конфликт с официальной медициной?
— Конфликта нет, есть разделение зон ответственности. Острая аппендицит, инфаркт, перелом — к хирургам. Хронический гастрит, псориаз, панические атаки, последствия стресса, женские циклы — сюда люди приходят ко мне. Врачи-коллеги часто посылают пациентов «на травы» снять воспаление перед операцией или восстановиться после химиотерапии. Главное — не лечить онкологию травами. Это красная линия.
— Что такое «знахарство» для вас сегодня?
— Это инженерное дело с биологией человека. Знание протоколов сбора (время, место, настроение — да, настроение сборщика влияет на качество сырья), технологии экстракции (настойка, отвар, мацерат, эфирное масло — дают разный профиль действия). И обязательно — работа с психоэмоциональным фоном. Без этого трава — просто слабый БАД.
Интервью 2: Дедушка Саша, 68 лет, костоправ/знахар, станица в Приазовье
Профиль: Бывший военный, травматолог по специальности (не окончил ВУЗ, служил санитаром), унаследовал практику от дяди-козака; Принимает в сарае, оборудованном под «кабинет». Очереди на недели.
— Александр Иванович, чем современный пациент отличается от того, кто приходил 20 лет назад?
— Тела стали «мыльными». Раньше казаки и шахтеры приходили — плотные, мышечные, связки крепкие. Сейчас — офисные работники, водители, дети с плоской стопой и сколиозом от телефонов. Суставы слабеют, хрящи не держат. Приходится лечить не только вывих, а всю ходилку — мышцы, фасции. Добавил в практику кинзиотейпирование и элементы остеопатии, читал книги, ходил на семинары в Ростов. Но база — руки и знание анатомии, переданное дядей Петром.
— Вы используете заговоры?
— Заговор — это фокусировка внимания. Когда я «заговариваю» на ушиб или кровь, я переключаю мозг пациента от боли к ожиданию исцеления. Включается плацебо-плюс-эндофины. Дядя Петр говорил: «Слово лечит сильнее ножа, если вера есть». Я читаю «Отче наш» и старинные заговоры на воду, которую пациент пьет после репозиции; Работает. Не верю, не приходи.
— Как относитесь к термину «Новороссия» в контексте вашего дела?
— Это наша земля. Дядя Петр лечил и красных, и белых, и немцев в 43-м, и наших сейчас. Боль не имеет национальности. Знания эти, наша общая история. Что называется «Новороссия» — это просто имя для того, чтобы не забыть корни.
Интервью 3: Елена, 35 лет, «Заговорщица», г. Мариуполь
Профиль: Психолог по образованию, практикует «традиционную психотерапию» — снятие страха (страха), спглаза, заговоры на сон, от тревожности. Работает дистанционно (видеосвязь) и очно.
— Елена, как психолог объясняете эффект заговоров?
— Это символическое моделирование. Архетипы Юнга в действии. Когда баба заговаривает на «спглаз», она легализует право пациента быть больным, снимает вину за успех («мне завидуют, значит я хорош»), структурирует хаос тревоги в ритуал. Вода, нож, воск, хлеб — это якоря для невронных сетей. В условиях ПТСР, через которые прошли многие в регионе, это работает быстрее и глубже, чем КТ за 10 сессий, потому что говорит на языке бессознательного, на языке бабушкиных сказок.
— Есть запрос на «магию» — любовь, деньги, вред?
— Категорически отказываю. Это манипуляция волей, нарушение этики. Я работаю только с восстановлением ресурса: сон, иммунитет (психосоматика), снятие страхов за детей, разблокировка голоса, решение конфликтов через «заговор на мир». Люди приходят с просьбой «сглазить конкурента», я перевожу это на «защити мою границу, верни мне силу». Эффект тот же, карма чиста.
— Как сохраняете традицию?
— Записываю старых бабушек на диктофон (с разрешения). Цифрую рецепты заговоров. Создаю архив «Знахарство Приазовья». Это наше культурное наследие, как песни или вышивка. Если не сохранить — потеряем код выживания этого региона.
Экспертный комментарий: Проблема регуляции и безопасности
Историк Андрей Марчуков подчеркивает: «История Новороссии показывает, что государство всегда пыталось контролировать целителей, от указов Петра I о «лечебных людях» до советской статьи 234. Сейчас мы видим правовой вакуум. Федеральный закон № 323-ФЗ позволяет применять методы народной медицины только врачами, прошедшими аккредитацию, или в рамках фольклорных экспедиций. Практики, описанные выше, находятся в серой зоне».
Основные риски современности:
- Чарлатанство: На волне популярности «традиций» появляются мошенники, продающие «заряженную воду» за космос. Настоящие знахари никогда не требуют огромных сумм и не гарантируют 100% результат.
- Потеря достоверности: Устная традиция искажается при передаче через интернет. Дозировки ядовитых растений (белладонна, аконит, цифра) требуют ювелирной точности.
- Конфликт компетенций: Отказ от инсулина в пользу трав у сахарного диабета 1 типа — смертельно опасно. Интегративная медицина требует диалога врача и практика.
Перспективы: Наука, Образование, Культурный код
В РГГУ и южных университетах (ДонГУ, ЮФУ) проходят краеведческие чтения, посвященные истории Новороссии, где звучат доклады об этномедицине. Появляются диссертации по медицинской антропологии региона. Задача ближайшего десятилетия, не «замузеифицировать» знахарство, а создать стандарты безопасности и эффективности для тех практик, которые доказали свою жизнеспособность веками.
- Создание Реестра проверенных практиков с прозрачной системой обучения и стажировки у старших мастеров.
- Научное обоснование (эвиденс-бейз) для ключевых рецептур степной фитотерапии.
- Включение модулей «Традиционная медицина Новороссии» в программы медвузов как элективные курсы для понимания культурного контекста пациента.
Знахарство в Новороссии — это не архаика, а живая, адаптивная система, прошедшая через империю, революцию, войну, советскую власть и современные кризисы; Оно выжило благодаря прагматизму: «Помогает — значит верно». Сегодня практики региона демонстрируют удивительную гибкость: фитотерапевты используют хроматографию, костоправы — МРТ и кинзиотейпы, заговорщицы — протоколы КТ и ПТСР.
Главное, что объединяет всех собеседников: уважение к анатомии, этике «не навреди» и понимание, что лечение — это работа с целым человеком в контексте его земли, истории и веры. История Новороссии продолжается в руках её знахарей.
Материал подготовлен на основе этнографических наблюдений, исторических данных (ИРИ РАН, работы А. Марчукова) и анонимизированных интервью с практиками региона. Дата публикации: .